Народ или чернь? – Улас Самчук, 1941

Украинский писательжурналист и публицист, редактор, лауреат УММАН, член правительства УНР в изгнании, член ОУП «Слово» об украинском народе… Написано в 1941 году, но актуально и в 2021 – (прим. ИАЦ)

При первом взгляде на действительность этот вопрос не дает нам покоя. Он врезается в наше сознание, он преследует нас дома, на улице, в учреждении, на базаре, в трамвае… На каждом шагу наших трагических будней в первую очередь видим черным по белому писано: Кто мы? Народ или чернь? Нация или масса?… Организованная, сознательная, ограненная сборная единица или толпа безъязыких и безликих фигур? И дать на это сразу, без колебаний, внятный ответ мы тогда колеблемся.

Почему? Ибо мы не убеждены внутренне, что весь тот человеческий материал, который заполняет дома и улицы наших городов, полностью и без оглядки заслуживает название народ. Видим явления, видим лица, слышим язык, оцениваем поступки и с потрясающим душу сожалением утверждаем, что огромная масса живых человекообразных существ 1941 года после рождения Христа не понимает и не осознает в себе двух очень важных и основных первичностей (элементов): человеческое достоинство и национальное сознание. Что это такое человеческое достоинство? Или это что-то похожее на мешок картошки, или на порванные сапоги? Не всем ясно. Что такое – национальное сознание и для чего его можно практически применить? Также не у каждого умещается в голове.

При определенных обстоятельствах нам было бы это абсолютно безразлично. Это явление не новое. Оно уже с древнейших времен существует на нашей планете. Есть человеческие общины, живущие испокон веков своей первоначальной жизнью. Есть общественность, состоящая из расы шара. Илотов или чернокожих рабов. И для нас, европейцев, это явление свидетельствует лишь о том, что ни на одну минуту мы не хотели бы оказаться в стане выставленных на растерзание случайности человеческих существ. Наша душа приготовлена ​​для восприятия только таких общественных форм, в которых может свободно действовать и развиваться наше человеческое достоинство.

Чувствовать себя человеком, чувствовать себя тем, как еще когда-то говорили, первым творением Наибольшего Творца, чувствовать себя сознательным во всех своих поступках и житии – вот основная заповедь человека-европейца. Сломать эту заповедь – значит сломать самих себя, это значит потерять основной стержень бытия, это значит перечеркнуть свое моральное лицо.

Большевизм много говорил о сознании. Но его сознание сводилась не к человеческому сознанию, а как тогда говорилось, к сознанию классовому или социальному. А это далеко не то же самое. Основой жизни является не класс, а человек. То или иной разделение людей не должно заменять основного. Не важно, к какому классу относится порядочный творческий сознательный человек. Важно, чтобы он таким был. Потому что когда привилегированный тот или иной класс состоит из толпы бандитов или человеческой пены, то будь он трижды пролетарский или буржуазный – он сам по себе не имеет наименьшей стоимости. Не в пролетариате и не у буржуазии дело. А в человеке. И только в человеке.

Подобное явление замечаем в отношении национального сознания. Многим это дело кажется туманнім. Что за национальное сознание? Или это, скажем, то же, что мешок картошки? И есть этого нельзя, и деды наши вполне свободно жили, будучи национальными туманами, то почему же не можем остаться и мы такими? Не трогать национального сознания, не оттачивать себя, быть национальной протоплазмой – вот идеал национально несознательного особняка (человек, который в стороне от всего – ИАЦ).

Плохой, фальшивый, рассчитанный на самоуничтожение идеал. Кто этого не понимает, то прежде всего осуждает себя на небытие. Национальное сознание – это первая предпосылка широкой сознательной и творческой силы вообще. Без этой предпосылки немыслимо никакое большое творчество. Денационализация – это то же, что если бы кто-то порядочную с моральными основами женщину силой сводил до роли проститутки. Денационализированный человек не может быть сильным, не может иметь крепкого морального хребта, не может быть полным характером.

И величайшим несчастьем украинского народа было то, что вся его история – перманентное стремление кого-то сделать из нас не то, чем назначила нас природа. Вмешивались в наш родной язык. Вмешивались в наш быт. Вмешивались в наше хозяйство. Всякая власть, какая только не была на нашей земле, – российская или польская, ничем другим не занималась, а лишь доказывала нам, что мы – не мы, а что-то другое. Это было постоянное ломание нас, уничтожение нас. И тогда нигде в другом месте, а имено в наших городах, наших селах, наших школах, наших семьях, нам залезали в самую душу, плевали там на все, что для нас свято, не давали возможности защищаться. Последние годы господства большевизма особенно ярко доказали нам, что значит такое вмешательство. Даже те или иные буквы говорили нам произносить так, как хотят они. Диктовали нам наше отношение к чужому, к тому, что нам враждебно.

Следствия из всего этого на сегодня таковы, что огромная часть нашего, особенно городского, населения с национальной точки зрения представляет собой не что иное, как толпу, которая не принадлежит ни к какому народу, которая не имеет ничего святого, не говорит ни на одном языке. Это не народ. Это – чернь, это – безликая, безъязыкая толпа. Особенно это относится к нашей молодежи, с национальной точки зрения – самое большое пустое место. Стыдно, больно и противно видеть такое явление на европейском материке, на берегах Днепра, на улицах Киева в 1941!

Это – больно ранит наше человеческое самолюбие. Это унижает нас в глазах сознательных иностранцев. Это, наконец, отбирает у нас множество творческой активности и энергии. Это явление – первое и основное зло, которое надо вырвать с корнем! Поэтому – не все равно, кто как говорит, каким богам молится, какие книги читает. Не все равно, какими именами названы улицы наших городов, не все равно, доминирующим является для нас Шевченко, или Пушкин. Не все равно, как это часто приходится слышать, кого мы учим в школе, не все равно, какое наше отношение к русской литературе. Нет! Это не все равно… А когда – все равно, то это значит, что все равно для вас, кто мы сами! Это значит, что мы не народ, не какая-то общая историческая сборная сила, а невнятная толпа, серая масса, вечно униженная безо всяких идеалов чернь.

1941

Канал в ТГ: https://t.me/united_in_bloo